Телевизор

Елена Папанова: «Такая школа пошла бы мне на пользу»

Завтра заканчивается скандальный сериал Валерии Гай Германики. О нем мы поговорили с актрисой, исполнившей одну из главных ролей

- Вы смотрели? Понравилось? - опередила меня с вопросом Елена Анатольевна.

- Не все серии, - призналась я. - Как-то не верится, что в наших школах все настолько плохо, а я закончила учебу всего шесть лет назад.

- У вас в классе никто не курил? - удивилась актриса.

- Курил...

- Не распивали пиво украдкой?

- Бывало...

- Раннего секса не было? Или, может, не дрались, не ругались?

- ...

- В этом фильме нет ничего надуманного: все, как в жизни...

- Но разве кино существует для того, чтобы передать, как пахнет туалет?

- Знаете, с первых серий фильм вызвал большой ажиотаж: о школе, о ее проблемах начали говорить. Именно для этого в сериале сконцентрировано столько негатива: наркотики, алкоголь, беспорядочный секс... Зачем же голову в песок прятать и делать вид, что этого не существует?

- Когда вы поняли, что сериал будет скандальным, не захотелось сделать шаг назад?

- А я очень люблю все, что сейчас молодежь называет трэшем, - смеется актриса. - Моя учительница (Папанова играет Валентину Харитоновну Мурзенко - учительницу русского и литературы, а затем директора. - Ред.) - собирательный образ, знакомый мне еще с советских школьных времен.

- А почему ваша героиня все время жует?

- Это была идея Леры. Снимали какую-то сцену, и она просто предложила: «А попробуйте вот здесь есть сушку». Так и пошло.

- Видимо, этот прием должен был подчеркнуть, что ваша героиня не уверена в себе...

- Она - рядовой учитель, неплохо знает свой предмет, но ведет его очень скучно, по учебнику. Для детей не авторитет. Увы, такие педагоги встречаются все чаще. И если раньше школа воспитывала, то теперь только учит. Все остальное - дома с родителями, у которых проблем ворох. Дети сейчас сами себе предоставлены.

- Представим вас ребенком: вы заканчиваете такую школу. Что бы из вас вышло?

- Мне кажется, такой опыт пошел бы мне на пользу. Я росла в строгости и в скромности, а это очень мешает - например, в актерской профессии. Если бы меня воспитывали в нынешней среде, наверняка я была бы посмелее и поактивнее. К тому же за партой никого не учат пить и курить. Все это дети приносят с собой из жизни. То, что мы показали: дети-эмо, склонные к самоубийствам, скинхеды, готы - все это есть сегодня. Чтобы понимать, куда твой ребенок может попасть, и предотвратить это, надо знать все.

- Как вам работалось с Германикой - таким молодым, эпатажным режиссером?

- Мы сразу нашли общий язык. Когда Валерии нравилось что-то, она не скупилась на похвалу и восклицала: «Божественно!» Германика понимает, что артистов нужно хвалить, от этого у них крылья за спиной вырастают. И вообще Валерия для меня стала крестной мамой в кино, хоть она мне в дочери годится. Потому что после этого сериала меня снова стали приглашать сниматься.

- Не кажется ли вам, что после этого случая, когда Валерия попала в больницу с отравлением таблетками и алкоголем, ее будут воспринимать не талантливым режиссером, к которому надо прислушаться, а одной из тех, кого она пыталась изобразить в своем фильме?

- Знаете, это ее личное дело. Обсуждать и судить ее я не вправе. Что до самой картины, то у меня есть свой индикатор хорошей работы: если после фильма или спектакля у меня слезы на глаза наворачиваются и хочется людям делать добро, значит, работа удалась. После «Школы» было такое чувство.

ЗАЦЕПИЛО!

Чему нас учила Германика?

Я подсела на «Школу» с самого начала. Затянула прыгающей по лицам камерой, которая выхватывает непричесанные ракурсы, да грубыми характерами этого несчастного 9-го класса. У моей дочери-подростка то и дело появлялись приятели, которые ни с того ни с сего вдруг становились, например, эмо (как главная героиня «Школы»), отрывались от семей в иную, уличную или интернетовскую реальность. В общем, сериал взял правдивостью, думала я.

И на этом слове споткнулась. Правдиво ли это, что весь класс состоит из зверьков, которым чуждо человеческое? Почему ни в одном нет просвета и надежды?

Поначалу сериал показывали дважды в день - в 19.00 и в 23.30. Потом в 19.00 отменили. Правильно. В это время его бы смотрели подростки. Нет, я, конечно, понимаю, что современные дети могут в любое время в Сети и не такого наглядеться. Просто останься сериал в «детское» время на общероссийском канале - это был бы посыл: да, дорогие ребята, мы официально даем вам добро наблюдать, как учительница крутит роман с отцом ее ученика, а потом дома занимается мастурбацией; как вчера еще весьма приличный парень заваливается в постель с девочкой-эмо, а его папа слово лишнее молвить боится. Детям бы официально сказали с экрана: да, мы знаем, что все это есть, а если кто из вас не в курсе (как, например, строить родителей) - учитесь. И подростки получали бы по ежедневному получасовому коктейлю из ненависти одних и беспомощности других главных героев. И - никакого света в конце тоннеля. Впрочем, это для зрителей. А главные герои «свет» находят: то напьются, то обкурятся. Кайф.

После истории с самой Германикой, когда она попала в Склиф то ли отравившись, то ли инсценировав самоубийство (сама она говорит: просто выпила лишнего, а потом приняла снотворное), стало казаться: фильм снят с чувством погружения в предмет. А может, поэтому в сериале и не наблюдается света в конце тоннеля? Потому что Германика сама одна из своих героев? Она не поднимается над ними, а как-то очертя голову колотится в водовороте их беспросветной жизни. Поэтому в сериале не на кого опереться. Как только Епифанов проявляет неподдельную любовь к матери, ждешь, что эту же человечность он проявит еще где-то. Она же не может быть единоразовой! А он изо всех сил бьет Носову, жестоко бросает свою девушку-эмо, которая ему надоела, нагло дерзит учителям, стараясь задеть побольнее, и вообще ежеминутно упивается собственной наглостью.

...Камера снова холодно и безразлично выхватывает крупные, некрасивые, искаженные ракурсы лиц. Надежды не остается. Ее не оставляет нам 26-летняя режиссер, при этом вряд ли хорошо знающая жизнь...

Наталия АНДРЕАССЕН

А В ЭТО ВРЕМЯ

Учительница из сериала разделась для мужского журнала

В «Школе» у актрисы Александры Ребенок - роль учительницы, которая, будучи замужем, крутит роман с отцом своего ученика. Сексуальной, в общем, женщины, которая все-таки остается одна.

Германика была против того, чтобы Александра снималась для журнала в таком виде. Мол, не надо усугублять и без того скандальный имидж учительницы из сериала. Но Александра решила по-своему... Что из этого вышло - судить вам.

Обсуждаем!