2019-09-30T13:19:06+03:00

Круговорот вещей в природе: богатые москвичи помогают нищей деревне

Корреспондент «КП» Дина Карпицкая отправилась в гуманитарный рейд в российскую глубинку [видео]
Поделиться:
Комментарии: comments324
От маленького подвальчика на столичной окраине, куда москвичи приносят ненужные, но еще хорошие вещи, тянутся невидимые нити в самые отдаленные городки и деревни Нижегородской, Тверской, Тульской, Костромской областейОт маленького подвальчика на столичной окраине, куда москвичи приносят ненужные, но еще хорошие вещи, тянутся невидимые нити в самые отдаленные городки и деревни Нижегородской, Тверской, Тульской, Костромской областейФото: Дина КАРПИЦКАЯ
Изменить размер текста:

От маленького подвальчика на столичной окраине, куда москвичи приносят ненужные, но еще хорошие вещи, тянутся невидимые нити в самые отдаленные городки и деревни Нижегородской, Тверской, Тульской, Костромской областей.

По ним вместе с этими вещами бегут и лучи надежды, а вдруг коляску передадут или детские зимние ботиночки? А может, модные туфли или сумку. И каждый раз жители глухих деревень, открывая мешки с «гуманитаркой из Москвы», ждут чуда.

Человек, которому не лень перетаскивать все эти тонны ненужных одним и очень нужных другим вещей - житель Нижегородской области Сергей Пчелинцев. Он взял меня с собой в один из таких гуманитарных рейдов в отдаленный городок Сергач в Нижегородской области.

Сергей Пчелинцев и наш корреспондент Дина Карпицкая с игрушками: их разбирают моментально - нет денег у людей на плюшевых мишек. Фото: Личный архив Дины Карпицкой

Сергей Пчелинцев и наш корреспондент Дина Карпицкая с игрушками: их разбирают моментально - нет денег у людей на плюшевых мишек. Фото: Личный архив Дины Карпицкой

«Москва живет богато, у некоторых счет в ресторане, как у нас зарплата»

Три дня в месяц Пчелинцев в Москве сидит на посту и собирает вещи - люди тащат пакеты со всего города. В основном одежда, коляски, кроватки, игрушки. Очень много обуви, какие-то старинные искусственные шубы, потрепанные сумки, книги. Кто-то вон вообще шкаф притащил.

Главный центр Движения «В защиту детства» в Дзержинске (Нижегородская область). Сюда привозят вещи из Москвы и других крупных городов, сортируют, дезинфицируют и развозят по деревням Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

Главный центр Движения «В защиту детства» в Дзержинске (Нижегородская область). Сюда привозят вещи из Москвы и других крупных городов, сортируют, дезинфицируют и развозят по деревнямФото: Дина КАРПИЦКАЯ

- Мы все берем, - объясняет Сергей. - Лекарства, игрушки, обои даже, если полрулона. Потому что кому-то это ненужные остатки от ремонта, а кому-то (погорельцам, например) дырку на стене заклеить нечем. Еда всегда нужна - крупы, детское питание, консервы. В деревнях люди живут на копейки и им просто не на что купить пару зимних ботинок.

Пункт сбора занимает крошечную комнатку в штабе Российской коммунистической рабочей партии, в подвале обычного жилого дома у «Войковской». К концу третьего дня вещи в нее не помещаются и расползаются по всему подвалу, между стопками газет с коммунистическими лозунгами и бюстиков Ленина и Сталина.

Семьям нужно все: одежда, обувь, канцтовары и компьютеры тоже. Сергей Пчелинцев сам возиться с бэушной оргтехникой, собирая из остатков рабочие комплекты Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

Семьям нужно все: одежда, обувь, канцтовары и компьютеры тоже. Сергей Пчелинцев сам возиться с бэушной оргтехникой, собирая из остатков рабочие комплектыФото: Дина КАРПИЦКАЯ

Сергею 35. Он и сам многодетный отец - 5 детей. Зарабатывает, трудясь на стройке в Дзержинске, 50 тысяч рублей, бешеные деньги для Нижегородской области. Так что может себе позволить нет, не икру к завтраку, а доставку гуманитарки из Москвы.

- В Нижний «Газель» стоит от 12 до 15 тысяч рублей, например. Ну дальше по деревням от сортировочных пунктов еще 3000 - 5000. Плюс я закрываю «коммуналку» в нашем основном центре в Дзержинске. Там подвал большой, тысяч 20 - 25 тысяч выходит в месяц зимой, люди добрые помогают кто сколько может.

- Ползарплаты отдаешь - как тебя жена терпит?

- Да все время грозится выгнать, - смеется.

- Только в Москве вещи собираете?

- Нет, во всех крупных городах. Соратников много по всей стране - Новосибирск, Саратов, Астрахань… Но в Москве, конечно, больше всего мы собираем. Живет столица очень богато, я вам скажу. Да у вас тут счет в ресторане у некоторых равняется средней зарплате где-нибудь в деревне у меня в Нижнем. Люди получают по 3000, 5000 рублей, 8000 - это уже прямо шикарно. Когда по телевизору чиновники говорят, что в среднем по стране у нас зарплаты 30 тысяч, то просто злюсь. Поехали со мной, посмотришь.

И я поехала.

На «лабутенах» по деревенской грязи

До Дзержинска долетаю за три часа на современном «Стриже». Сам городок, кажется, отстал от современности лет на 20 - облезлые двухэтажки, мало машин, почти нет магазинов. В центре «Движение в защиту детства» работа кипит. В глубине помещения развешана и разложена одежда. Какая-то бабуля неспешно перебирает все, что под руку попадается. В итоге скромно берет вязаную шапочку.

- Господи, и эти вот поношенные ботинки возьмут? - не сдерживаюсь я, видя ЧТО запихивает волонтер Настя в пакет.

- Конечно, возьмут! Грязь-то деревенскую не все равно в чем месить. Но, будешь смеяться, и «лабутены» пользуются особым спросом, - показывает Настя мне какие-то стриптизерские дешевые туфли на гигантском каблуке. - Тетки хватают и потом в телогрейке, платочке и по деревенской грязи шлепают.

По дороге до Сергача (три часа по бездорожью) Пчелинцев отвлекал меня рассказами о своих приключениях.

Грязь деревенскую не все равно в чем месить Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

Грязь деревенскую не все равно в чем меситьФото: Дина КАРПИЦКАЯ

- Бывает, разворачивает местная администрация нашу гуманитарку. «Нечего нас позорить, уезжайте». Мы однажды привезли наборы с самым необходимым для брошенных стариков в Балахнинской районной больнице. Ну мыло, полотенце, зубная паста, конфетки. Так нас не пустили. Старики готовы были за забор выйти, пакеты забрать. Не дали им.

В группе ВК Пчелинцев выкладывает отчет о каждой поездке. «Бабы! Налетай! МОсковские сумки привезли», - с характерным новгородским акцентом на «О» кричит пышная селянка. - КрасОта!»

Пирожки с богохульством

В Сергаче в только что созданном социальном центре при Владимирском храме нас встречают с чаем и пирогами. В помещении еще пахнет свежей краской, стеллажи батюшки мастерили сами, кое-какие вещи на них уже лежат - собрали по своим.

- Мы, как только дали объявление, что помощь гуманитарная придет, так уже через час человек 20 позвонили, - подливая чай, говорит Наталья Бочарникова, волонтер при церкви. - Все ждут! Бедно живут люди. Я тут ходила на окраину города в барак-общежитие. До сих пор забыть не могу. Ребенок голодный с коркой хлеба в руках. В доме нет ничего! Ни крошки еды, даже заварки чайной тут не видели уже давно. Это многодетные. Не бомжи, не пьяницы, а просто обычные семьи с детьми. Одна мамочка вот сегодня звонила, ей 25 лет, вот-вот должна родить шестого ребенка. Мужа нет. Сказала что возьмет все, что ей дадут.

- От кого же она его ждет? От Святого Духа, что ли? - не сдерживаюсь я.

- Попрошу вас тут не богохульничать. Разве можно такие вещи говорить?! - вспыхивает жена настоятеля местного храма Наталья.

Сергач. Социальный центр при храме, где раздают вещи для бедных многодетных семей Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

Сергач. Социальный центр при храме, где раздают вещи для бедных многодетных семейФото: Дина КАРПИЦКАЯ

- Многие мужчины у нас уезжают на заработки в Москву или другие крупные города и не возвращаются обратно, - объясняет мне супруга отца Артемия Анастасия. - Бросают свои семьи. Вот и остаются женщины одни. Живут на пособия. Я знаю семьи, которые даже плату за сад - 900 рублей в месяц - потянуть не могут.

- У нас в Сергаче с работой очень плохо, - говорит Бочарникова. - Раньше завод сахарный, градообразующее предприятие, всех кормил. А теперь хорошо если 400 человек там. Остальные вот мыкаются - то в магазин устроятся торговать, то убирать, кто на вахту в Москву. Кто на сезонные заработки. Так и перебиваются. Мамочки с детьми за все хватаются.

- Какая сумма считается достойной зарплатой?

- Ну 5500, 6000 рублей в месяц. Но и за 3000 пойдут у нас люди работать. Моя знакомая в реанимации работает медсестрой, получает около 20 000, это прямо вообще космос. Вот и представьте, на эти вот 5000 со всем всяким им надо и одеть, и обуть, и накормить.

В общежитие на окраине города я не поехала. Вместо того отправилась к той самой 25-летней многодетной матери-одиночке.

В помещении еще пахнет свежей краской, стеллажи батюшки мастерили сами, кое-какие вещи на них уже лежат - собрали по своим Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

В помещении еще пахнет свежей краской, стеллажи батюшки мастерили сами, кое-какие вещи на них уже лежат - собрали по своимФото: Дина КАРПИЦКАЯ

Семеро по лавкам на 3500 в месяц

Александра Егорова, очень худенькая белобрысая такая девчонка, встречает меня у калитки. Щеки впалые, ножки худенькие, выпирает только беременный живот. Живет семья в небольшой избушке на окраине деревни Воскресенское, что в 20 километрах по бездорожью от райцентра Сергач. За мамой во двор высыпает как горох малышня - один, второй, третий, четвертый, пятый… Самой старшей - Вероничке - 7 лет, она вот пошла в первый класс. Младшему 1,4 года. Все смотрят на странную тетю с пакетом конфет в руках.

Семья Александры Егоровой: здесь рады любой помощи - и поношенной обуви, и любой одежонке. Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

Семья Александры Егоровой: здесь рады любой помощи - и поношенной обуви, и любой одежонке.Фото: Дина КАРПИЦКАЯ

В домике тесно, комната всего одна, вся заставлена диванами и детскими кроватками. Здесь Саша живет со всеми детьми и старенькими бабушкой и дедушкой.

- Саша, как так получилось, что столько детей, а папы нет?

- Был папа, но он в тюрьме. Ой, тут такая история, - машет рукой. - За пьянку за рулем, третий раз поймали и посадили вот на 3,5 года. Он в Москве работал вахтой, по 20 000 за две недели получал.

Выясняется, что многодетному отцу 38. И от первого брака у него еще двое детей.

- А теперь на что живешь? Матери-одиночке больше платят, наверное?

- Не знаю, больше - не больше. Вот 3200 пособие на ребенка до 1,5 лет (2 месяца еще получать осталось) и по 50 рублей на каждого детские. Материнский капитал я потратила на дом рядом с Сергачем, но жить там не могу. Как я одна с такой оравой-то? Без бабушки и дедушки пропаду.

- Ну мы не делим деньги, все они общие, - вступает в разговор бабушка Алефтина. Дедушка очень интеллигентного вида в наш разговор не вмешивается, облепленный правнуками как новогодняя елка сидит тихонько в уголочке. - У меня пенсия 9000 рублей, у деда 15 000, он директором школы был (вспоминая разговоры у церкви, понимаю, что для Сергачского района это очень приличный достаток). Плюс огород.

- Я очень обрадовалась, что помощь гуманитарную будут выдавать, - говорит Саша. - Не знаю, что там будет, но я все, что дадут, возьму. Детей к зиме одеть надо, обуть.

- А вообще что в деревне есть? Работа какая?

- Да никакой. В садике детском и школе все занято (школа на грани закрытия, так как детей в нее ходит всего человек 15). В магазине единственном тоже. Тут еще есть фермер, капусту сажает и огурцы. У него сезонная подработка - собирать урожай, 800 рублей в день дает. Но меня с пузом не берет.

Ясно, что мужик у Александры беспутный. Восемь детей, а он водку трескает - и за руль. И дом есть, только явно молодая мать не может с ним там жить, потому что помощи и поддержки никакой. С бабушкой и дедушкой все надежнее. Без своих стариков Саша и вся ее малышня просто по миру пойдут.

Так я и уехала в полном недоумении. Через два дня девушка написала, что ее дедушка умер. Как они теперь без единственного мужика и кормильца будут, не представляю.

«Не подпишете справку о безработице?»

Да неужели же все так плохо? Я пока ехала видела и поля засеянные, и остатки колхозов. Там же руки рабочие всегда нужны?

- У нас объявления о приеме на работу в каждой газете Сергача, - говорит управляющий одной из агроферм в районе Алексей. - Но никто не идет!

- Может, мало платите?

- Нормально по местным меркам. Кухарку искали на сезон сбора урожая - 15 000 рублей - никто не пришел. Уборщица нужна - 8000, тоже не идут. Но женских вакансий все же немного. Мужчины нужны: комбайнеры, трактористы, строители. В сезон (с весны по осень) получают до 30 000 в месяц. У меня вот тут все работники неместные. Кто из Чувашии, кто откуда. А местные только приходят справки с биржи труда подписывать, что работы нет. Я такие бумажки подписывать отказываюсь, наоборот, говорю: «Есть у меня для тебя работа». Так они разворачиваются и уходят обиженные. Ленивый народ, ничего не надо.

Я передала телефон с информацией о вакансиях на этой агроферме в социальный центр храма. За неделю ни одного звонка.

- Да, на таких вот фермерах-частниках все и держится в деревнях сейчас. А в некоторых районах нашей Нижегородской области еще и душат таких частных предпринимателей проверками, штрафами, - подтверждает Пчелинцев. - Но все равно работа сезонная, да и зарплаты с нашими ценами не самые высокие. Так что вы там напишите у себя в газете, чтобы не выкидывали городские ничего.

Напишем.

На дворе 2019 год. И, как и 10, 20 лет назад, самое необходимое это по-прежнему одежда и еда.

КАК ПОМОЧЬ?

ПУНКТ СБОРА ПОМОЩИ В МОСКВЕ:

м. «Войковская», Ленинградское шоссе, д. 13, подъезд № 5, домофон 200. Контактное лицо: Ольга Власенко, тел.: 8-499-150-68-40, 8-969-135-39-04

Как богатая Москва помогает нищей деревне.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также