Общество27 сентября 2019 12:41

Думали - желтуха, оказался цирроз: После смерти ребенка врач из Крыма захотел миллион

Родители считают, что девочку можно было спасти, а врач - что ее репутации навредили проверки
Оксана ЯРОВАЯ
Полина могла бы выжить, уверены родители, если бы не сельская медицина. Фото: семейный архив

Полина могла бы выжить, уверены родители, если бы не сельская медицина. Фото: семейный архив

В семье крымчан два года назад умерла долгожданная трехмесячная дочь. Когда малышке стало плохо, мать вызвала скорую, но фельдшер не усмотрел надобности в госпитализации. Родители считают, что девочку можно было спасти, если бы не сельская медицина.

ЖЕЛТУХУ ЛЕЧИМ СОЛНЦЕМ

Татьяна и Андрей - благополучная семья из Севастополя. Решили переехать поближе к природе, купили участок и построили дом недалеко от Большого каньона Крыма. У супругов позади было десять лет брака, они растили сына, и подошло время родить второго малыша, о котором они мечтали.

Беременность и роды прошли благополучно. В июне 2017 года появилась на свет Полина. В роддоме счастливым родителям сообщили, что малышка здорова, только лишь немного повышен билирубин (желчный пигмент, - ред.).

Уже на третий день после родов родители с Полиной вернулись домой. В тот же день глава семьи Андрей поехал в сельскую амбулаторию, где заранее договаривался с врачом о постановке ребенка на учет. Завели карту развития ребенка, заполнили все необходимые документы.

Как рассказывают Татьяна и Андрей, через два дня после выписки к ним приехала медсестра. Осмотрев новорожденную, отметила у нее желтушку, дала рекомендации: гулять на свежем воздухе, укладывать малышку спать на солнышке.

Медсестра была одна, без врача, хотя патронажи должен был проводить медик высшего звена, тем более, что в местной амбулатории таковой имелся благодаря программе «Земский доктор».

Кожа у Полины то светлела, то желтела снова. Тем не менее, ребенок был активным и хорошо развивался.

Желтоватый цвет кожи Полины беспокоил родителей. Фото: семейный архив

Через месяц Полину привезли в сельскую амбулаторию на плановый осмотр, где впервые ее увидела врач. Со слов родителей, на их вопрос о желтоватом цвете кожи ребенка медик ответила, что все нормально, мол, «ребеночек цветет».

Супруги также пожаловались, что у их дочки появилась пупочная грыжа. Доктор устно рекомендовала обратиться с этой жалобой к хирургу в районную больницу. Так и сделали. Но более никаких рекомендаций и направлений врач из сельской амбулатории им не дала. Хотя родители утверждают, что задавали вопрос, нужно ли им еще пройти каких-то специалистов.

После смерти Полины этот нюанс медики пояснят отсутствием талонов. А еще выяснится, что в карте развития девочки вообще не было отражено никаких жалоб на состояние ребенка, а все патронажи, включая первичный, были записаны как проведенные лично врачом на дому.

Когда в августе двухмесячную девочку вновь привезли на осмотр, оказалось, что врач в отпуске. Рост и вес малышке измерила санитарка (родители ее должность узнали только после смерти дочери. – Ред.), хотя ежемесячные манипуляции должны проводить именно медработники, так как они могут выявить отклонения в развитии.

ТА НОЧЬ СТАЛА ПОСЛЕДНЕЙ

Вечером 31 августа 2017 года Полина стала сильно плакать, ее дыхание было учащенным, кожа побелела, поэтому перепуганная мать вызвала скорую помощь. Она подготовила документы и сумки для больницы, рассчитывая, что их с дочерью госпитализируют.

Скорая приехала быстро. На пороге стояла молодая девушка-фельдшер. Одна. Без врача. Выслушав все жалобы матери, медик в госпитализации отказала, уверив, что беспокоят ребенка простые колики. Посоветовала терпеть и вызывать скорую только в случае высокой температуры.

Когда фельдшер покинула дом, Татьяна еще несколько часов не могла успокоить ребенка, но после Полина все же уснула. Рано утром мать обнаружила бездыханное тело малышки.

Она надеялась на то, что дочь еще можно спасти, так как тело было теплым и казалось, что прощупывался пульс. Женщина вызвала скорую и на своем авто с двумя детьми направилась навстречу медикам, чтобы не терять ни секунды.

С той же бригадой, которая приезжала на вызов к ней минувшим вечером, они пересеклись в соседнем селе, но все, что смогла сделать фельдшер - констатировать смерть.

ВЫВОДЫ ЭКСПЕРТА ПРИШЛИСЬ НЕКСТАТИ

Вскрытие показало, что виновником смерти девочки был цирроз печени. Это заболевание сегодня можно диагностировать и лечить, но, увы, его медики списали на желтуху.

- Я обнаружил у ребенка изменения, соответствующие по всем признакам циррозу печени, осложнившимся повышением венозного кровяного давления в системе воротной вены, и разрыв верхней брыжеечной вены. Появилось подозрение на цитомегаловирусную инфекцию, и гистология это подтвердила, – рассказал КП-Крым судмедэксперт Владимир, который проводил вскрытие.

Другая, коллегиальная экспертиза опровергла эти выводы, заключив, что смерть ребенка наступила от травмы. По совету судмедэксперта Владимира родители провели третью экспертизу в другом регионе, которая тоже подтвердила цирроз печени.

Сейчас Следком проводит проверку по поводу выводов комиссионной экспертизы.

Расследование по факту смерти Полины закончилось отказом в возбуждении уголовного дела. Лишь спустя полгода после всевозможных обращений родителей во все инстанции, расследование началось по статье «Причинение смерти по неосторожности».

Родители утверждают, что данные в амбулаторной книге Полины неверны. По словам супругов, там числились три патронажа на дому, которые врачом не проводились, но были внесены в карточку. Почти год они добивались возбуждения уголовного дела по факту подлога, этим летом такое дело было возбуждено.

Удивительно, но вместо сочувствия и слов соболезнования, врач из амбулатории, в которой наблюдалась Полина, подала иск в суд, посчитав, что случай малышки, о котором родители поведали в соцсетях и в СМИ, порочит ее деловую репутацию.

Врач потребовала удалить все публикации о смерти, а также запросила миллион рублей компенсации. Суды первой и второй инстанции не удовлетворили требования и отказали медику в полном объеме.

КТО ВИНОВАТ?

– Из рук вон плохо организовано оказание медицинской помощи, систематически не выдаются направления на обследования, - говорит отец умершей девочки Андрей.

Он и его супруга Татьяна считают, что если бы Полину обследовали в полном объеме, то ее можно было бы спасти. Крымчане могли бы сражаться за жизнь малышки, но теперь вынуждены два года искать справедливости.