«Никогда в жизни в санатории не была»: Как скандал с шубами помог блокадникам Керчи

Евгения Прошина поневоле оказалась замешана в «шубном» скандале

«НАКАЗАНЫ НИ ЗА ЧТО!»

- Не разувайтесь, вы что, у меня грязно! – 83-летняя блокадница Евгения Александровна Прошина решительно протестует, глядя, как я снимаю сапоги в прихожей.

Что для пенсионерки значит «грязно», не совсем понятно, потому что в маленькой уютной квартире – чистота и порядок. Возражения не принимаю, и сапоги вместе с курткой остаются в коридоре. Было бы чрезвычайно странно и глупо повторять медийные ошибки керченских депутатов, из-за которых я, собственно, здесь.

Председатель горсовета Мая Хужина и ее заместитель Лариса Щербула, напомним, прославились на всю страну: 27 января, в День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады, они решили вручить нагрудные знаки керчанам, пережившим эти страшные 900 дней в северной столице.

Евгения Александровна не ожидала ни букета, ни пирога, ни нагрудного знака. Фото: Мая Хужина / Facebook

Вот только благое дело обернулось всероссийским скандалом: народные избранницы одаривали блокадников, не снимая шуб, а помимо нагрудных знаков вручили домашние караимские пироги, уж больно похожие на обычные батоны, и опубликовали в соцсетях фотографии этого священнодействия, рассказав, что пенсионеры с благодарностью приняли - цитирую - «символический хлеб».

Интернет-пользователи акцию не оценили, осудив и шубы, и «хлеб». Возмущенные посты заполнили интернет, фотографии чиновниц в шубах, вручающих блокадникам пироги и медали, прокатились по всем федеральным СМИ. Скандал получился такой, что действия керченских депутатов комментировал пресс-секретарь президента!

Главная героиня истории, председатель керченского горсовета Мая Хужина, которая получила эту должность всего четыре месяца назад, пыталась оправдаться, но с каждым интервью общественное недовольство только возрастало, и вот – закономерный итог: на внеочередной сессии городской совет Керчи согласовал ее отставку. Заместитель Лариса Щербула, которая тоже «засветилась» на фото в шубе, ушла вместе с Хужиной. Обе – по собственному желанию, но только после публичного порицания от главы республики Сергея Аксенова.

- Так их все-таки уволили? – спрашивает меня Евгения Александровна. У нее в комнате включен телевизор, на экране – сюжет крымского телеканала о скандале в Керчи.

- Да, ушли в отставку по собственному желанию, - киваю.

- Наказаны! Ни за что, ни про что! Какое они совершили преступление, а? – недоумевает блокадница. – Норковые шубы надели?! Ну что тут такого? Возмущают их шубы… Да слава Богу, что люди наши хорошо одеваются! Зачем вот говорить, писать, не разобравшись, не зная ничего? Ну, никаких батонов-то не было! Был пирог! С мясом! Хлеб – святое, и я уверена, ни один блокадник не будет оскорблен хлебом, любым, а тут – пирог!

ХЛЕБ - СВЯТОЕ

Евгения Александровна показывает мне нагрудный знак в красной бархатной коробочке и удостоверение к нему.

- Ведь каждый год приходят вот так и поздравляют. В этом году сначала [соцработники] принесли полный пакет продуктов: гречка, рис, макароны, сахар, масло, чай - полная сумка! Я еще дочери отдала половину. А потом вот пришли [депутаты], знак нагрудный вручили, очень красивый. И шикарный букет! Надо было убрать этих женщин, неугодны они кому-то, так стоило сделать как-то по-другому, не надо приплюсовывать блокадников-то… Очень неприятно.

«Каждый год поздравляют. И что тут такого?» - недоумевает пенсионерка. Фото: Мая Хужина / Facebook

Евгения Александровна переключает с крымского канала на федеральный, но и там показывают Керчь. Политологи, общественники и прочие умные мужи в студии популярного ток-шоу обсуждают отставку оскандалившихся депутатов. На экране – моя собеседница собственной персоной, показывают отрывок из ее видеоинтервью пресс-службе горсовета. На камеру Евгения Александровна сказала то же самое, что и мне: оскорбленной себя не чувствует, пирог был вкусный, а хлеб – святое.

- Ей заплатили за эти слова! Это же очевидно! – один из ученых мужей в студии федерального канала чуть не срывается на крик, его поддерживают в зрительном зале.

А Евгения Александровна тем временем опускается на диван и хватается за сердце, качая головой:

- Кошмар какой… Никогда в жизни никаких интервью не давала – и тут вот! По всем каналам нас… Звезда интернета на старости лет… Уже нервы не выдерживают слушать это все. Раздули проблему! Вон, коронавирус, болячка новая – вот это проблема, как бы весь мир не заразить. А тут – Керчь прославилась! Нас, 11 человек блокадников, не так поздравили… - пенсионерка делает паузу, вздыхает. – В прошлом году было 27.

В САНАТОРИЙ – ВПЕРВЫЕ В ЖИЗНИ

Звонит телефон, но женщина не отвечает. Говорит, журналисты трезвонят уже целую неделю, но она по телефону комментарии не дает:

- Отдала за слуховой аппарат 13 тысяч, а слышу все равно плохо. Так, лицом к лицу, могу еще поговорить, а по телефону – ничего не понимаю, о чем спрашивают. Когда телевизор погромче делаю – соседи обижаются. Вот, вчера приходили депутаты из Симферополя вместе с врачом из нашей горбольницы. Записали меня на прием в поликлинику, пообещали помочь с аппаратом.

Блокадникам в этом году вручили нагрудные знаки

Фото: Анастасия ЖУКОВА. Перейти в Фотобанк КП

Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло: если б не скандал, так никто бы и не обратил внимание на проблемы керченской пенсионерки. А тут – целая делегация из крымской столицы, которой поручено обойти всех блокадников и решить их проблемы. Так еще и в санаторий всех отправят за счет республики!

- В Евпаторию поедем, сказали. Никогда в жизни в санатории не была за все свои 83 года! – говорит Евгения Александровна. – Перед пенсией еще обращалась, но сказали, что нет путевок для таких, как я. А статуса блокадницы я шесть лет добивалась из-за бюрократов. Писала пачками письма в Ленинград, не могли доказать родство с моей мамой. То архив потерялся, то еще что. В списках эвакуированных детей меня нет… конечно, нет! Я всю блокаду провела в Ленинграде!

В ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

8 сентября – день рождения Евгении Прошиной. Ей как раз исполнилось ровно пять лет, когда вражеские войска осадили Ленинград.

- А 7 декабря 1941 года мама родила мальчика, моего братика. Но 14 декабря он умер – семи дней от роду. А 19 декабря умер и папа. Мама с дядей отвезли его на кладбище, похоронить пришлось в братской могиле, - вспоминает Евгения Александровна. - Дядя работал на заводе вместе с папой, «зажигалки» с крыш сбрасывал, чтобы дома не горели. А младшая сестра мамы работала на «дороге жизни». Она была молодая, комсомолка… Кроме братика и папы, мы все выжили.

В этой питерской квартире Евгения Прошина пережила блокаду. Дом уцелел, несмотря на бомбежки

Фото: Анастасия ЖУКОВА. Перейти в Фотобанк КП

«Зажигалками» в блокадном Ленинграде называли фашистские бомбы. А «дорогой жизни» - единственную транспортную магистраль, которая связывала осажденный город со страной. Морской путь проходил через Ладожское озеро, в периоды навигации - по воде, зимой — по льду.

- Мама работала в детской поликлинике, таскала меня с собой. Я сяду в уголочке и жду, пока мама закончит уборку. Потом в этом же доме была детская питательная кухня, мне там какие-то пузыречки-мензурочки давали. Подкармливали немного, - продолжает блокадница.

- А вас приглашают на встречи с молодежью? Школьникам, студентам рассказываете о войне?

- Да, бывает. Вот в прошлом году была в библиотеке, в школу ходила. Я вообще стесняюсь говорить, дикции нормальной нет. И очень тяжело эти события вспоминать. Несколько лет подряд ходила в детский сад, там детки пятилетние сидели. Им – столько же, сколько мне было, когда началась блокада. Попросили поваров нарезать хлеб ровно по 125 граммов. И я, поцеловав каждый кусочек, детей обнесла, показала, рассказала. Они очень внимательно слушали, все молчали. И после один мальчик подошел ко мне - и со слезами: «Мне вас жалко!». Это настолько трогательно!..

Евгения Александровна возле родного дома в Санкт-Петербурге. Фото: из личного архива

Недавно Евгения Александровна навестила двоюродную сестру в Санкт-Петербурге. «Навестила» родной дом №4 на Лахтинской улице. Хотела зайти в квартиру, где ее семья жила во время блокады, но не получилось: новых хозяев не было дома.

МЕДВЕДИ, ВУЛКАНЫ И ЧЕРНОЕ МОРЕ

- А как вы, уроженка Ленинграда, оказались в Керчи? – спрашиваю.

- Я тут уже 41 год живу. Муж-то военный, вот и объездила всю страну, прежде чем в Крыму поселиться. Я работала в Ленинграде, в воинской части, и меня в командировку отправили. Сказали – в «среднюю полосу Советского Союза». А приехали – к белым медведям, на Новую Землю! Вот там с будущим мужем и познакомилась. Там и поженились потом, но в свидетельстве о браке написали – Архангельск, потому что все секретно было. Служил он на Западной Украине, на Курильских островах даже. А мы за ним везде.

Евгения прошина навестила двоюродную сестру, которая по-прежнему живет в северной столице. Они вместе смотрят на окна квартиры, где прошло их блокадное детство. Фото: из личного архива

Изображение одного из вулканов острова Онекотан, рядом с которым три года прожила Евгения Прошина, до сих пор висит у нее в прихожей. После Курил ее муж получил назначение в Феодосию, а когда набралось 42 года выслуги – вышел на пенсию. Квартиру семье кадрового офицера дали в Керчи.

У Евгении Александровны – двое дочерей, трое внуков и правнучка. Большинство родни живет в Крыму и регулярно навещает пенсионерку.

- Вот это – мое счастье, - улыбается женщина.

Кстати, Евгения Прошина очень обрадовалась, узнав, что я из «Комсомолки».

- Я вашу газету все время покупаю! Читаю от корки до корки!

ОФИЦИАЛЬНО

Журналисты поинтересовались у вице-спикера Госсовета Крыма Ефима Фикса, который приехал в Керчь «разруливать» скандал, почему поездку в санаторий блокадникам предложили только после скандала.

- Эти предложения пошли Государственного совета Республики Крым, а не от городского совета! - ушел от прямого ответа депутат крымского парламента. - Я согласен, есть вопросы здесь... Но в связи с этим скандалом Госсовет принял такое решение. И, пользуясь тем, что я был здесь, не реализовал, а довел это предложение до наших уважаемых ветеранов-блокадников. Депутат городского совета [Керчи] Владимир Алексеевич Батуренко будет курировать этот вопрос. Буквально на этой неделе он полностью списки нам отдаст, мы отправим их в санатории. Время, вы же понимаете... и сопровождающие еще должны быть.

Ефим Фикс приехал в Керчь, чтобы разобраться в «шубной» проблеме

Фото: Анастасия ЖУКОВА. Перейти в Фотобанк КП

- А остальные? Ведь не только в Керчи проживают люди, которые пережили блокаду Ленинграда. Есть и в других городах Крыма такие ветераны.

- Вот, понимаете, не все сразу нужно делать! Давайте, мы сначала одну задачу решим, а потом будем двигаться дальше. Безусловно, будем заниматься этим вопросом. Их, к сожалению, не так много. Безусловно, мы должны попробовать этот опыт. Им же по 90, 92 года... в каждом случае нужно персонально подходить. Но, я думаю, это нужно делать.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Какое они совершили преступление, а?»: Керченские блокадники жалеют уволенных чиновниц в шубах

В этом году ветеранам, кроме набора продуктов, вручили медали и цветы (подробнее)

Они это заслужили: После скандала с пирогами и шубами блокадников Керчи отправят на лечение в санатории

Списки тех, кого правительство отправит на отдых, будут сформированы на этой неделе [фото] (подробнее)

Просто придрались: Уволенная глава горсовета Керчи не чувствует своей вины перед блокадниками

После скандала с пирогами и шубами дочери чиновницы подверглись травле (подробнее)

Глава горсовета Керчи и ее зам, ходившие к блокадникам в шубах, уволены

Председатель городского совета Хужина и ее заместитель Щербула покинули должности по собственному желанию (подробнее)

«Женская слабость»: Глава горсовета Керчи передумала увольняться после скандала с блокадниками

Однако отозвать свое заявление об увольнении Мая Хужина не в праве [фото] (подробнее)